• Нужно поменять законы!

    Нужно поменять законы!

    – Дмитрий Владимирович, как вы оцениваете действующее федеральное и московское законодательство в области безопасности и правопорядка?

    – К сожалению, многие наши законы, в том числе и в области правопорядка, имеют двойное толкование. И когда нашему гражданину оставляют в законах лазейку, он обязательно в нее просочится. К примеру, у нас запрещается пить пиво в общественных местах. Но чтобы привлечь гражданина к административной ответственности за это нарушение, милиционер должен его задержать, препроводить в отделение милиции, оформить протокол… Сколько государственных средств надо потратить, сколько бумаг заполнить, чтобы привлечь к ответственности хотя бы одного человека. А должно быть так: едет патрульная машина, и если человек пьет пиво в неположенном месте, штраф выписывается автоматом, и никаких свидетелей не надо. На Западе полицейским принято доверять, у нас же – все по-другому, и штраф должен быть не 100 рублей, а 3-4 тысячи. Не выплачивает штраф из-за маленькой зарплаты или по другим причинам – привлекать к исправительным работам. Общественным местом у нас является весь город, поэтому надо просто законодательно запретить распивать на улицах спиртные напитки, в том числе пиво. Пусть те, кто хотят, делают это дома, в кафе, ресторанах и т.д. Запрет должен быть жестким. А то получается, что пить пиво на самой детской площадке нельзя, а рядом на скамейке – пожалуйста.

    – Как сегодня выстроена система органов внутренних дел в районе?

    – Система устоялась. Структура следующая: ОВД, расположенный на улице Литваина-Седого, отдел милиции в Гранатном переулке, отдел милиции по охране Центра международной торговли. Один начальник, одни приказы. Так что, в сравнении с тем, что было раньше, ничего не изменилось – райотдел укрупнился, а отделений милиции стало меньше. Есть на территории района еще один отдел милиции – «Москва-Сити», но это самостоятельная структура, подчиняется УВД по ЦАО.

    – Расскажите, пожалуйста, о структуре милиции общественной безопасности.

    – Я как начальник милиции общественной безопасности являюсь заместителем начальника райотдела. В состав МОБ входят участковые инспектора милиции, патрульно-постовая служба, отделение дознания, лицензионно – разрешительная служба, отдел по применению административной практики. Кроме того, есть так называемые приданные силы – отдел вневедомственной охраны, 4-й батальон полка ДПС ГИДД, экологическая милиция. Одним словом, все, кто в форме – это милиция общественной безопасности. Всего около 300 человек, это более 70 процентов личного состава органов внутренних дел района.

    – Как вы оцениваете эффективность работы участковых уполномоченных милиции? Говорят, что некоторые из них отказались предоставить свои фотографии для выставления на районный информационный сайт.

    – Если оценивать ее по пятибальной системе, я бы поставил четверку. Но до многих граждан участковые не в состоянии дойти: квартиры не открывают, большое количество на территории просто не проживают, призывников родители скрывают. А потом люди начинают говорить, что не знают и не видели своего участкового. Начинаем разбираться, оказывается, что те, кто так говорят, квартиру свою просто сдают и по месту жительства не появляются. Недавно я выступал перед депутатами муниципального Собрания при рассмотрении вопроса об участии участковых в раскрытии преступлений. Показатели по участкам у всех разные. Кто-то работает активно, у кого-то – по нулям. Когда начинаешь разбираться, некоторые пытаются доказать, что у них в жилом секторе нет квартирных краж, так как все дома закрыты на домофоны, и поэтому уголовные дела не возбуждаются. Но ведь на улицах-то грабят, и участковые об этом знают! Да и у каждого на участке есть и притоны, и наркоманы. Даже слив масла из машины – это уголовное деяние. Сейчас мы намерены предметно посмотреть, как работает каждый участковый. Возможно, некоторых придется перевести на другие должности, а с кем-то придется расстаться. К концу марта - началу апреля состав участковых уполномоченных будет укомплектован. Тогда, думаю, и решим вопрос с фотографиями.

    – Какими нормативными документами регулируются должностные обязанности участковых инспекторов? Какова система их отчетов перед жителями?

    – Основной документ – Конституция РФ. Затем – Закон о милиции, все Кодексы (административный, гражданский, жилищный и т.п.), приказы и инструкции МВД. Отчеты перед жителями – ежемесячно. Объявления об этом вывешиваем заблаговременно, но жителей приходит крайне мало. В основном те, у кого есть проблемы. А этих людей участковый и так знает, поэтому сами встречи становятся формальностью. Может быть, стоит проводить их пореже и по микрорайонам, чтобы отчитались сразу несколько участковых, с участием руководителей подрядных обслуживающих организаций, председателей Советов ОПОП, управы и т.п. Предусмотреть для таких встреч помещение школы. А просто регламентировать ежемесячные отчеты участкового – нет никакого смысла. Жизнь шагнула далеко вперед, а обязательные отчеты участковых остались еще из советского времени. Хотя что-то из тех времен хорошо бы реанимировать. Вспомните товарищеские суды по месту жительства. Получить туда вызов было равносильно административному взысканию. Как правило, следовало сообщение на работу, лишение премии, 13-й зарплаты. А сейчас альтернативы такой мере воздействия нет. Что может сказать общественность? Назвать гражданина плохим человеком? А ему – как с гуся вода, чувство стыда не имеет материального воплощения. Сидит такой плохой человек с тремя мобильными телефонами в своей пятикомнатной квартие, и плевать ему на всех!

    – В СМИ время от времени проходят публикации о выявлении притонов на Пресне. Какие структуры занимаются пресечением их деятельности? Есть ли информация о подобных заведениях у участковых?

    – В каждом округе есть специальное подразделение по борьбе с проституцией. И рейды мы проводим совместные, в том числе с участием участковых инспекторов. В прошлом году выявили 3-4 притона, в этом еще один прикрыли. Кстати, на Пресне притонов не так много, как в других районах города Москвы. Методов работы достаточно. Но закрыть притон довольно сложно, так как на владельца квартиры, где занимаются таким, с позволения сказать, бизнесом, повлиять тяжело. Если трехкомнатные квартиры в центре сдаются в аренду за 1500 долларов, то хозяева притонов предлагают сразу же от трех до пяти тысяч в месяц. Устоять невозможно. Привлечь владельца квартиры также трудно – он ничего не знает, а сдача идет через третьи-четвертые руки, документы готовятся квалифицированно. Девушек пытаемся выдворить за пределы Москвы. Борьба идет, правда, сложно и проблематично.

    – На Пресне довольно часто можно встретить людей без определенного места жительства. Зимой они ночуют в подъездах, а по весне выбираются на улицу. Их вид, конечно, раздражает жителей. Но какие меры воздействия может применить участковый на бомжей? Ведется ли их учет?

    – Учет бомжей ведется. Когда мы их задерживаем и доставляем в милицию, фотографируем, проводим дактилоскопию и записываем метрические данные. Смертность большая среди них, и установление личности становится проблемной. Стараемся поместить в спецприемники, но их в Москве крайне мало. А бомжей в нашей базе – несколько тысяч. В течение года примерно по 500 бомжей выявляем. Перевозить их в служебной машине – проблема. Многие наши сотрудники переболели всякими специфическими болезнями. «Скорая помощь» не подбирает бомжей, если у них нет травм. На эти проблемы власти города должны взглянуть намного шире. Сегодня несовершеннолетние беспризорники и бомжи – огромная трудоспособная армия. Накорми, одень, предоставь ночлег – люди будут работать. Нужна целевая государственная программа, а пока нам не на что опереться в работе с бомжами – законодательной базы просто нет. Единственное, что мы можем сделать – доставить в спецприемник. А сегодня на весь город для бездомных – 100 мест. На любом вокзале можно сразу же набрать человек 400 бомжей, загрузить спецприемники, и две недели доставлять никого не будем. Просто некуда!

    – Ваша оценка деятельности общественных пунктов охраны порядка? Что необходимо сделать в первую очередь, чтобы повысить эффективность их работы?

    – Структура, несомненно, нужная. Но механизм обеспечения ее работы нуждается в совершенствовании. Помещений для их работы фактически нет. Пытаются поместить вместе с участковыми уполномоченными милиции, но это весьма проблематично. Как можно соседствовать и нормально работать, если в комнате площадью 6 кв. м располагаются трое участковых? Да, мебель закупили, оборудование поставили. Но кто сегодня спрашивает с руководителей ОПОП – непонятно. В системе МВД все четко – министр спрашивает со своих заместителей и т.д., до самого низового звена. У участкового инспектора также все расписано: он четко знает, чем должен заниматься ежедневно. В течение дня проверить 10-15 квартир, в течение года посетить всех ранее судимых, всех владельцев оружия. А чем должны заниматься ОПОПы, председатели Советов общественности? Ответ вроде бы простой – помогать милиции. Да, нам помощники нужны, например, народные дружинники. Но когда говорят, что ОПОПы должны контролировать милицию, это неправильно. По действующему законодательству нас может контролировать прокуратура. Согласно последним нормативным документам милицию даже вывели из подчинения государственной исполнительной власти. И называемся мы не ОВД Пресненского района, а ОВД по Пресненскому району. Поэтому руководители ОПОПов должны, прежде всего, четко определить свои функции. Запишите в закон, к примеру, что председатель Совета ОПОП должен два раза в неделю вместе с участковым обходить квартиры, что-то еще. А когда гражданские лица пытаются рассматривать заявления жителей по вопросам, входящим в компетенцию милиции, это неправильно. Как может гражданский человек оценить, следует ли по заявлению возбуждать уголовное дело или нет? Пока в законодательстве, в том числе и московском, имеются определенные пробелы, и мы не можем системно привлекать население к охране общественного порядка.

    – Как милиция Пресни взаимодействует с народной дружиной? Насколько эффективна, на ваш взгляд, работа ЧОП «Родон» по предупреждению правонарушений?

    – Взаимодействие нормальное. С дружинниками патрулируем каждый вечер. С «Родоном» контактируем в процессе работы, единственное, что сейчас сотрудников ЧОП на улицах стало меньше. Мое мнение – зря их убрали с улиц. Были четкие маршруты патрулирования, работала система, обходили территорию района 3-4 раза в день, заглядывали в каждый подъезд, составляли акты, информировали милицию. Участковый за день свою территорию не обойдет. А тут заметили чоповцы какую-то подозрительную компанию, позвонили – мы всегда приезжаем. Говорят, что сократили патрулирование из-за установки видеокамер в подъездах. Но пока по сигналу диспетчера из центрального пункта видеонаблюдения придет патрульная машина, пройдет немало времени. На Пресне более 500 дворов, из каждого в течение суток поступает по одному сигналу, как успеть патрульно-постовой службе! На мой взгляд, систему видеонаблюдения следует замкнуть на ЧОП. Видеонаблюдение – система гражданская, находится в ведение управы. Получил ЧОП сигнал, принял меры, а если не может справиться, сообщил в милицию. Либо надо выделить для нашей структуры две-три дополнительные машины. Сейчас у нас во всех подразделениях около 40 автомобилей, примерно с десяток – некомплект. Да и сам машинный парк требует обновления.

    – Какие наиболее криминогенные микрорайоны Пресни, и что можно сказать о сезонности преступлений?

    – Сезонность характерна, прежде всего, квартирных краж. Особенный всплеск – в летний период, когда начинается сезон отпусков. Квартирным кражам подвержен весь район. Существует несколько групп преступников: одни специализируются на богатом жилье, другие – приезжают в Москву и входят в первый попавшийся подъезд. За десять секунд вскрывают любую дверь, забирают деньги, которые на виду, и уходят. Недавно одну подобную группу задержали. Лучшая защита квартир – установка охранной сигнализации. Остальные способы – различные хитроумные замки и двери для жуликов – не проблема. Пока, к сожалению, люди этого не осознают. На Пресне, к примеру, поставлено на охрану около 10 процентов. Такие квартиры взламывают крайне редко, предпочитают не связываться. Преступники знают, что если сигнализация срабатывает, патруль приезжает через 3-5 минут. Угоны автотранспорта – также вся территория района. Сезонности нет. Причина – из района 36 выездов, гони – не хочу. Основное время угона – ночь. Угоняют практически все марки. Грабежи, кражи более многочисленны к микрорайонах, примыкающих к станциям метро. Сумочку вырвал, телефон, в метро спустился – и был таков. Посоветовал бы гражданам, особенно школьникам, меньше разговаривать на улице по телефону – в последнее время дорогие модели очень активно воруют. И не надо забывать элементарные правила личной безопасности. Подходишь к подъезду – оглянулся, посмотрел по сторонам. В лифт с посторонними людьми не садиться. Девушкам рекомендовал бы звонить, чтобы их встретили. Увы, такое время…