• Все, что угодно для души

    Все, что угодно для души

    Категории: №46, Интервью
    Василий Васильевич, мы знаем, что вы коренной москвич, а с какого года вы живете на Пресне? – На Пресне я живу с 1954 года – с того момента, как высотку построили на бывшей площади Восстания, которая ныне называется Кудринской. До этого мы жили на улице Левитана. – Несколько слов о том, как вам жилось в высотке раньше и как живется теперь? – Жилось нам хорошо там, был магазин внизу, кинотеатр. Гастроном был прекрасный, там можно было купить любые продукты. Жизнь в этом доме была организована в то время – никакого сравнения с тем, что сейчас. Там даже разносили молочные продукты – работал стол заказов… Внизу гараж был построен. То есть все соответствовало своему назначению. Не было никакого казино, которое вместо кинотеатра отрыли. Магазин сейчас не работает... А то время вспоминается, как хорошее, нормальная была обстановка. В доме жили известные люди, там жил маршал авиации, фамилия вот только из памяти выпала, актер Михаил Царев, Игорь и Светлана Безродные. – А вы с ними были знакомы? – Слава Богу, да. Мы с семьями приходили друг к другу в гости. Короче говоря, молодость имеет свои хорошие воспоминания. – С кем из знаменитостей вам довелось познакомиться за вашу жизнь? Какие встречи были самыми запоминающимися? – Это вопрос некорректный, потому что со всеми был знаком. – Так прямо со всеми? – Ну, конечно, да. Вот сейчас, когда прихожу на Новодевичье кладбище, там очень много людей, с которыми сидел за одним столом. А совсем недавно в Колонном зале Дома Союзов был юбилейный день Николая Константиновича Байбакова. Это единственный из наркомов (Министерства нефтяной промышленности. – Ред.), который до сих пор жив. Ему 95, мы друзья с ним уже на протяжении лет 60-ти… То есть у нас бывали известные лица. Академик вот Петр Леонидович Капица – я с ним играл в шахматы, академик Александр Ишлинский, который знаменит тем, что разработал гироскоп. Вы меня спрашиваете, я даже не знаю, из какой области – по музыке, артисты?… – Вообще, вне зависимости от какой-либо области. Какие встречи наиболее глубоко отложились в памяти, какие самые дорогие были люди? – Ох, много песен слыхал я в родной стороне, в них про радость и горе мне пели. Вы мне такой вопрос примерно задаете – шаляпинский… – Хорошо, давайте тогда я другой вопрос задам – более прозаический. Что вас больше всего радует и что огорчает сегодня в Пресненском районе? – Меня огорчает то, что идет совершенно такое, я бы сказал, нарушение всех норм. Построили ряд домов, которые выпирают около нас, как бельмо на глазу, принято решение надстроить два этажа в гараже. Там и так три этажа, а тут еще два этажа хотят построить. Не работает кинотеатр, не работает гастроном – для того, чтобы купить чего-нибудь, надо переходить улицу, где всегда много машин. То есть, огорчает то, что разлажена жизнь, которая была очень хорошо организована в то время. А что радует? Радует, что еще живу и жена моя рядом, которая ведет все хозяйство до сих пор, все своими руками делает. И я стараюсь, что могу, делать сам. – Почему в последнее время вы предпочитаете жить на даче в Барвихе – там спокойнее, чем на Пресне? – Нет, я не предпочитаю жить на даче. Я просто здесь бываю в летнее время. А сейчас я связан оказался тем, что к нам пришла маленькая кошечка, которая, как подкидыш, понимаете? Живет около нас, красивая и очень умная. И мы поэтому оказались вынуждены жить здесь. – Из-за кошки? – Из-за кошки, вот именно! – Вот это да! – Нам ее жалко. Здесь она очень хорошо себя чувствует. – А как ее зовут-то? – Белка. Она беленькая. Меня тут один корреспондент спросил, верите ли вы в суеверия, бывает ли, мол, что черную кошку боитесь? Как Пушкин, которому черная кошка дорогу пересекла. Я говорю – нет, я суеверий, в общем-то, не признаю, но мне все-таки приятно, что у меня кошка беленькая, а не черная. – А у меня, наоборот, черный кот был, которого я очень любил, и он приносил удачу... – Ну, вот видите, по-разному бывает, а я все-таки, хоть и не суеверен, но доволен, что у меня кошечка бежево-беленькая вся... – Василий Васильевич, 10 лет назад в свой 75-летний юбилей вы давали сольный концерт в Большом зале Консерватории, а к 80-летию подготовили программу в Большом театре. Для многих, кто знает Смыслова-шахматиста, было откровением открыть для себя Смыслова-певца. Чем объяснить вашу любовь к пению? – Вы знаете, это наследственное. У меня отец был инженером-экономистом, работал на фабрике Гознак, а впоследствии – на заводе имени Лихачева. С детских лет он был моим партнером в шахматах, научил меня играть. И то же самое – на фортепиано, тогда у меня было немецкое пианино марки «Шредер». В шахматных турнирах я стал выступать с 1935 года, когда мне было 14 лет, я пошел уже по пути квалификации и игры в серьезных турнирах, в 1938 году стал мастером спорта, а в 1941 году – незадолго до войны – получил высшее звание: гроссмейстер СССР. Кстати, мой отец в 1912 году, когда жил еще в Петербурге, выиграл партию в Петербуржском шахматном собрании у самого чемпиона мира в будущем Александра Алехина (А. Алехин был чемпионом мира в 1927-1935, 1937-1946 гг. – Ред.). Этой партией он очень гордился, что выиграл, то есть, отец был хорошим шахматистом. Алехину тогда было 20 лет, и он был выдающимся в то время шахматистом. – Еще бы… – Да. Так вот, также отец пел – он учился пению и выступал в свое время в Мариинском театре перед Шаляпиным на пробе голосов. Но фабрика после революции переехала в Москву, где я и родился в 1921 году. Я отцу аккомпанировал, когда он пел романсы, а потом и сам стал учиться пению – в 1948 году начал брать уроки пения у Константина Васильевича Злобина в Ленинграде еще. – Василий Васильевич, порадовали ли вы поклонников пением в свои 85? – Я спел для присутствующих в Шахматном клубе одну песню – на вечере, посвященном моему юбилею. Спел без аккомпанемента – там, к сожалению, не было рояля подготовленного. Я исполнил «Вакхическую песню» Александра Глазунова, на слова А.С. Пушкина – «Что смолкнул веселия глас?». – От тех шахматных баталий и проблем, которые сегодня имеют место, вы далеки или стараетесь все-таки быть в курсе событий? – Конечно, я слежу за шахматными событиями и даже даю всегда интервью по поводу проходящих турниров. – Переживаете за то, что происходит сегодня в шахматном мире? Ведь в последние годы шахматы немножко подрастеряли популярность, к сожалению… – По сравнению с тем, что было раньше, сейчас шахматы приобрели более спортивный уклон, поскольку игра проходит без доигрывания – там надо 7 часов играть непрерывно, ускоренный темп. И стали популярны скорые шахматы, когда на партию каждому дается 20 минут. Есть и пятиминутки даже, которые имеют только форму для шоу и для коммерческого назначения. А раньше шахматы были ближе к искусству, хотя и сохраняли свою спортивную форму. Но когда давалось, скажем, 2,5 часа на обдумывание, 5 часов партия продолжалась, а потом – доигрывали, это были классические шахматы. Эта форма классических шахмат сохраняется еще, но все-таки в связи с тем, что в шахматную жизнь вошел компьютер, превалирует уже спортивная форма. – Чем в настоящее время любит заниматься 7-й чемпион мира по шахматам? – Сейчас я составляю шахматные этюды, поскольку у меня зрение стало хуже, я не могу играть – так бы играл еще. Это шахматные композиции. Недавно вышла моя книга «114 шахматных этюдов». Я взял всего лишь 8 этюдов, которые составил в юношеские годы, большинство составлены за последние 5-6 лет. Чтобы вы понимали, из чемпионов мира мало кто может похвастать, что они это могут… Это – особая форма шахматного творчества, близкая к поэтическому. – А кроме составления шахматных этюдов, чем еще любите заниматься? – Помогаю жене по хозяйству. И потом – стараюсь поддерживать свою музыкальную форму в пении. Меня приглашают на различные вечера, посвященные памяти Козловского, Прокофьева. Приглашают в Дом-музей Шаляпина. – И вы принимаете такие приглашения? – Да, я бываю как посетитель, в общем-то. Но и как участник иногда бываю. Вот, например, на вечере памяти Козловского я выступал и даже пел. – То есть вас, как певца, еще можно услышать где-то? – Получается, что можно. Кстати, в книге, посвященной памяти Козловского, в которой рассказывается о его жизни и творчестве, там есть даже, мне кажется, фрагмент и о моем выступлении. – А что у вас в ближайших планах? – Ах, в планах… Какие там планы… Вы знаете, я живу днем настоящим, просыпаюсь и думаю: жив – и хорошо! – Книжку не собираетесь новую выпускать или диск с песнями? – Я записал два диска. Это было, когда я выступал в Консерватории – мне было 75 лет. После этого я записал «Романсы», вышло, дай Бог памяти, 20 романсов. В том числе включил две вещи, которые исполнял в Большом зале Консерватории, тогда собралось, наверное, около 2 тысяч человек – зал был переполнен. «Сомнения» Глинки взял оттуда, и с хором Попова записал «Жили 12 разбойников» – это духовная песня, которая порой исполняется даже и на духовных вечерах. – Вашим поклонникам эти диски где-нибудь можно приобрести? – Невозможно. Ну, может быть, по случаю. Потому что они как-то так незаметно разошлись. Большей частью я дарил все эти пластинки с записями. – А ваши книги можно сейчас купить в книжных магазинах? – Да, пожалуй, что можно. – Вы, кстати, газету нашу получаете? – В последнее время редко, а раньше получал регулярно. – А почему, неужели почтальоны не приносят? – Пожалуй, что не приносят, а, может, они приносят вниз… Вот меня супруга поправляет, что они газету приносят вниз и кладут возле консьержки. Поэтому, когда я там бываю, то всегда газету «На Пресне» стараюсь взять. Но хорошо было бы, чтобы почтальоны ее в почтовые ящики опускали. – Что бы вы пожелали в ваш 85-летний юбилей себе и самому близкому своему человеку – вашей супруге Надежде Андреевне, с которой, как нам известно, у вас прекраснейшие отношения? – Что пожелать? Самое главное, я думаю, здоровья, которое позволило бы мне еще продолжать творческую жизнь, потому что творчество – это то, чему я посвятил себя в шахматах. И супруге – чтобы было у нее хорошее настроение и сохранялось здоровье, которое уже необходимо в такие годы. А так – я желаю, чтобы наша страна, в общем, ожила, была процветающей державой, как в доброе старое время! – А есть пожелание какое-нибудь району, районным властям и простым пресненцам? – Пресненцам и районным властям я пожелаю, чтобы они поддерживали тот уровень, который на Пресне всегда был! Я смеялся – в нашем районе всегда было, где прогуляться, тут рядом и Планетарий, и Зоопарк, и все, что угодно для души… Еще раз поздравляем Василия Васильевича Смыслова с юбилеем и желаем ему и его супруге крепкого здоровья, долголетия и новых творческих достижений!