• Очередные задачи районной власти

    Очередные задачи районной власти

    - Александр Викторович, в одном из интервью нашей газете вы сказали, что намерены освободить в районе все незаконно занятые квартиры и комнаты. Каким образом вы намерены сделать это? Сколько квартир и комнат находится в "самозахвате"? - Сегодня на Пресне незаконно занято около трёх тысяч квартир. Иногда это самозахват, иногда - источник теневых доходов для сотрудников организаций, эксплуатирующих жилищный фонд, или для милиции, или для чиновников. Бывают случаи, когда более половины дома, который расселяется под реконструкцию, занято нелегалами; бывают леденящие душу случаи исчезновения законных жильцов и последующий захват их квартир подозрительными лицами. Я далёк от мысли, что серьёзный криминал можно победить с помощью инвентаризации жилищного фонда, однако мы должны получить с нелегалов деньги хотя бы за коммунальные услуги - иначе за это приходится платить нашим избирателям, проживающим в районе легально. Для упрощения расчётов мы предлагаем нелегалам единый тариф: 500 рублей в месяц за каждую комнату. Эта сумма в среднем чуть больше, чем плата за коммунальные услуги в обычной ситуации. Добровольная инвентаризация будет проходить в помещении Управы по адресу Шмитовский проезд, дом 2, первый этаж. Заполнение небольшой анкеты, оплата в кассу - это со стороны нелегалов. С нашей стороны - обязательство выселять тех, кто первым оплатит инвентаризацию, в последнюю очередь. Не теряйте времени, дорогие захватчики, иначе быстро потеряете своё временное пристанище. - До какого времени вы рассчитываете провести инвентаризацию жилищного фонда? - Как известно, девятого октября начинается Всероссийская перепись населения. Поэтому для достижения точных результатов переписи желательно провести инвентаризацию именно до девятого октября. - А нелегалов в любом случае выселят или у них всё же имеется какая-то возможность зарегистрироваться по месту жительства? - Только фантазёры из чиновников правительства Москвы могут представить себе ситуацию, когда глава районной Управы отвечает за весь спектр вопросов. У меня есть своя компетенция. Я не отвечаю за прописку нелегалов. Я не отвечаю за правовую сторону этого вопроса. И не собираюсь за это отвечать. Я говорю о том, что если человек в силу каких-то причин: криминальных, полукриминальных, жизненных обстоятельств, - оказался на нелегальном положении на территории нашего района, я всего лишь прошу его ежемесячно оплачивать коммунальные услуги. Никаких гарантий по поводу того, что человек получит то или иное право на проживание на занимаемой жилплощади или что оплата будет являться основанием для проживания в судебном порядке, - никаких гарантий я дать, естественно, не могу. Нелегалы оплачивают только инвентаризацию жилья. Не более того. Они просто покупают право быть выселенными в последнюю очередь. - Александр Викторович, районное Собрание приняло решение передать полномочия по размещению наружной рекламы из города в район. Как сегодня строится эта работа? - По федеральному законодательству рекламные организации обязаны согласовывать размещение наружной рекламы, а именно щитов и вывесок, с местными органами власти. В силу этого закона в районе существует серьезное ограничение. Оно заключается в том, что нельзя рекламировать табак и спиртные напитки. С организациями, занимающимися такой рекламой, Управа не будет заключать договоры. То есть никакой щитовой и вывесочной рекламы табака и спиртных напитков, включая пиво, на территории района мы не допустим. - Это только в Пресненском районе? - Да, только у нас, причём причины запрета на размещение подобной рекламы уважительные: мы не хотим зарабатывать на раке лёгких своих соплеменников. Срок действия уже существующей рекламы оканчивается в ноябре этого года, - то есть запрет на размещение рекламы табака и спиртных напитков весьма мягкий: он позволил рекламным организациям заключить договоры с рекламодателями на год. Мы, в свою очередь, не противились этому во избежание с их стороны финансовых санкций. Однако поставили условие: чтобы после ноября не было ни одного договора. Сейчас количество рекламы табака и спиртных напитков постепенно уменьшается, сроки заключённых ранее договоров заканчиваются. В этом направлении мы потихоньку движемся вперёд. Это первое. Второе. Чтобы узнать сумму, которая должна поступать в район от щитовой рекламы, мы произвели соответствующие расчёты. И получили 54 миллиона рублей в год. На самом деле в район поступает всего 9 миллионов, то есть нас дурят в шесть раз. - Кто? - Нас дурит Московское управление рекламы, руководитель которого - господин Котов. На резонный вопрос, почему так происходит, никакого сколько-нибудь вразумительного ответа мы не находим. Нас просто обманывают. У района есть здесь союзник в лице префектуры. Дело в том, что нам полагается только треть суммы от рекламы, две трети - ей. Если нас обманывают в шесть раз, то и префектуру - во столько же. Более того, префектуру обманывают не только в нашем районе, её обманывают везде. Во всех десяти районах. - В чём же механизм жульничества? - Он заключается в следующем. Самыми страшными тайнами, охраняемыми в щитовой рекламе, являются две. Первая - о сроках действия договора на размещение рекламы. К примеру, договор заключается на месяц. Оплачивается месяц, а щит стоит год. Если та или иная контролирующая организация щит "ловит", срок договора тут же, втихаря, продлевается и оплачивается. Чтобы не поймали. Если щитом никто не интересуется, он так и стоит год. - Кому это выгодно? - Выгодно, с одной стороны, организации, содержащей щит, потому что она платит за него гораздо меньше. И выгодно чиновнику, который играет в эту игру: он кладёт себе в карман приличный куш. Таким образом, из бюджета уходят деньги. Мы это вскрыли, поняли, что к чему, и поняли, что с этим надо бороться. И вторая тайна, которая пребывает на данном поле деятельности. Постоянно ведутся разговоры о необходимости размещения социальной рекламы под окончание сроков размещения коммерческой, и постоянно под это списываются какие-то деньги. Отсутствие здесь прозрачности и приводит к шестикратному уменьшению суммы, поступающей в район от щитовой рекламы. Кстати, Юрий Михайлович Лужков регулярно говорит о том, что хотя количество рекламы в городе значительно увеличилось, денег в городском кармане с неё не прибавилось. Мы раскрыли эту тайну, своими глазами увидели, как происходит обман, и теперь понимаем, как с ним бороться. Теперь все договоры и сроки их окончания находятся у нас под контролем. Теперь мы имеем точные сведения о том, какую сумму должны получить за использование в районе рекламного пространства. Если какой-то рекламный щит не зарегистрирован, мы имеем полное право его демонтировать. Сегодня, к примеру, было демонтировано шесть поставленных ночью незаконных щитов. Поймали, отшлёпали, сняли. "Стрелки", шестисотые "Мерседесы", бандиты, наши ребята с автоматами - у нас теперь каждую ночь происходят такие вот "увлекательные" события. И мы постепенно фирму за фирмой ставим на место. И они постепенно начинают платить так, как надо, и выполнять все свои обязательства. Тут я должен сделать маленькое уточнение, связанное с социальной рекламой. Оказывается, социальная реклама - это вовсе не то, что рекламные агентства выделяют какие-то площади в ущерб себе. Социальная реклама вывешивается на щитах, которые ещё не проданы или временно пустуют в промежутке от одного контракта до другого. И объёма непроданных щитов вполне для этого хватает. Щит, к примеру, поставили. Рекламное агентство его ещё не купило. И в этот момент совершенно спокойно, без ущерба для финансовой деятельности самой организации можно рекламировать что угодно, хоть обратную сторону Луны. Мы это и делаем. Обратите внимание на то количество щитов, которое появилось с надписями "Красная Пресня - сердце России", "В Пресненском районе действуют все федеральные законы", "Москвичи делятся на две категории: на тех, которые живут на Пресне, и тех, кто хочет жить на Пресне". - А что у нас с торговлей, Александр Викторович? - Идет регистрация торговых точек. Полным ходом. Мы уже перешагнули тот критический рубеж, который называется "тысяча точек на территории района". У нас стоит полторы тысячи ларьков, лотков и других объектов мелкорозничной торговли. Как вы помните, до осени прошлого года официально было зарегистрировано только шестнадцать. - Когда приезжал к нам заместитель префекта, эта цифра прозвучала. Однако заместителю было не совсем понятно, откуда она взялась. Тем более что на недавнем заседании районного Собрания говорилось о восьмистах зарегистрированных торговых точках. - О том, что зарегистрировано шестнадцать точек, имеются официальные документы. Сначала мы запросили Управление потребительского рынка. Оттуда ответили, что зарегистрировано именно шестнадцать. В документах государственного предприятия "Центр ОП" также значится эта цифра. Заместители префекта господа Коржнева и Зайцев толкуют о регистрации восьмисот торговых точек. Однако документально это не подтверждено. Мы просили чиновников префектуры предоставить нам документы по той дислокации торговых точек, которая имелась ещё до моего избрания на пост главы Управы. Мы их не получили. Коржнева утверждала, что префектура располагает документами о дислокации ресторанов в районе. Мы запросили и эти документы. И также их не получили. Но с дислокацией торговых точек - ещё более запутанная картина. Чтобы хоть как-то в ней разобраться, от нас к префекту Дёгтеву ездила мой заместитель Васильченко, тот послал её к начальнику управления потребительского рынка и услуг Дегтярёву. Дегтярёв, в свою очередь, - к человеку, который непосредственно связан с компьютером. Эта женщина заглянула в компьютер и ничего не обнаружила. То есть документов по дислокации торговых точек в префектуре нет. Цифра 800 ничем не подтверждена. Если кто-то из чиновников префектуры в состоянии представить эти документы, я готов взять свои слова обратно. - Нынешнюю дислокацию торговых точек вы знаете? - На каждую заведено у нас электронное досье, в котором обозначено на карте место дислокации точки - раз; имеются документы на отвод земли - два; разрешение на торговлю - три; полный пакет документов, связанных с кассовым аппаратом, санэпидемстанцией, пожарными - четыре; вывеска - пять, и шесть - это юридические и регистрационные документы, включающие в себя и домашний адрес юридического лица, количество проверок и негатива: когда он наркотой торговал, когда палёной водкой, когда у него не оказалось кассового аппарата. После того, как была создана электронная база данных на все торговые точки района, нам удалось в два раза повысить плату за право торговли около метро. Платили по сто долларов. Теперь по двести. - В месяц? - Да. Это рыночный механизм регулирования объёмов торговли. Потому что выяснилось, что рядом с метро находится такое количество торговых точек, что там и таракан не пробежит. Надеемся, что с увеличением платы количество точек у метро немного уменьшится. Хотя для торговцев это место выгодное, и они держатся. Поэтому и цена определилась: на улицах Пресни они платят по сто долларов, у метро - по двести. Не исключено, что в "гнилых" с точки зрения торговцев местах - внутри кварталов, например, - мы сделаем и по пятьдесят. Чтобы там тоже торговали. - С торговлей всё более-менее ясно, Александр Викторович. Теперь о другом. Недавно состоялась встреча префекта с советниками районного Собрания для обсуждения совместной работы, которая бы исключала противостояние властных структур города и района, потому что страдают при таком положении дел прежде всего жители. Ранее вы обращались в префектуру с предложением в короткие сроки провести такие встречи, и мы знаем, что по прошествии двух недель встреча префекта с нашими советниками состоялась. Было принято решение о создании рабочей группы, впоследствии названной совместной комиссией. Каковы перспективы её работы? Ваши первые впечатления от встречи, от последующего общения с руководителями префектуры. - Мне бы хотелось, чтобы между местным самоуправлением и государственным управлением, которое представляют собой правительство Москвы и префектура, было полное взаимопонимание и взаимодействие. К сожалению, когда мы сталкиваемся с чиновниками префектуры, мы понимаем, что они всего лишь одна из перчаток, надетых на руку мэра Юрия Михайловича Лужкова, который, собственно, является единственным легитимным представителем городской системы власти. Чиновники рангом ниже не уполномочены вести ответственный разговор. Они не готовы принимать решения, их слова не наполнены ответственностью. И мы в очередной раз столкнулись с таким положением дел. Потому что когда мы провели нормальную встречу, нормально проговорили систему взаимодействия Управы и префектуры, через два дня случился наезд на наши торговые точки. От того, что городским чиновникам подчиняется большая территория, эти ребята не становятся большими как управленцы, философы - или как политики. Это всего лишь чиновники, исполняющие чужую волю. Я не жду ничего позитивного в работе с ними. Я буду, конечно, стараться, но в оценках я пессимистичен. Они не в состоянии о чём-то договариваться. Они не имеют прав о чём-то договариваться. - То есть переговоры надо вести на более высоком уровне? - Только с одним человеком. Пусть они будут продуктивны лишь на пять, на десять процентов - трудно добиться того, чтобы с Юрием Михайловичем можно было говорить о семидесяти процентах, - однако если мы о чём-то с ним договорились, это реализуется. Разговоры в префектуре - предварительная стадия. Я так и отношусь к этому. - Кстати, в марте обычно проходила встреча глав районных управ с мэром. - Мне понятно, почему она перенесена. На некоторые вопросы глав управ Юрию Михайловичу тяжело было бы ответить. Например, о пробуксовке создания в Москве системы самоуправления. Система разделения полномочий между городом и местным самоуправлением подразумевает определённое разделение собственности. Совершенно очевидно: то, что не может проконтролировать город, должно быть отдано в район. А то, что город многое не в состоянии контролировать, - это тоже очевидно. Торговый сектор - он многочислен, многофакторен, сложен. В районе-то сложно его контролировать, а в городе тем более. Или, к примеру, нежилые помещения в жилищном секторе. Они тоже многочисленные. И их также тяжело проконтролировать.