• Давайте беречь друг друга

    - Ирина Николаевна, наша газета впервые берется за рассказ о Краснопресненском суде. Скажите несколько слов о себе.

    - В этом суде я 26 лет. Пришла после школы секретарем судебного заседания, потом стала судьей. Муж физик, дочка заканчивает юридический. Живу на Пресне, все здесь мне дорого.

    - 26 лет в суде... а выглядите очень молодо.

    - Я обязана выглядеть нормально. Иначе как будут выглядеть остальные?..

    - На Красной Пресне теперь суд остался последней районной организацией?

    - Опоздали. Распоряжением мэра № 30-РМ от 25 января 1994 года, изданного на основании Указа Президента № 1666 от 19 октября 1993 года об упорядочении территориальной юрисдикции районных народных судов Москвы и в соответствии с административно-территориальным делением г. Москвы, мы теперь "Пресненский межмуниципальный (районный) народный суд Центрального округа г. Москвы".

    - Почему именно мэр определяет границы, в которых работают суды и их название? Вы же третья "независимая ветвь власти".

    - По статусу я не могу вмешиваться в политику. Мое дело - осуществление правосудия.

    - Так кому подчиняется народный суд?

    - Никому. Только закону.

    - Но кто финансирует вашу деятельность?

    - Министерство юстиции, в частности Управление юстиции г. Москвы. Вряд ли сегодня это можно назвать финансированием. Ведь судья получает 120 тысяч рублей, а секретарь судебного заседания всего 29 тысяч...

    - И никаких надбавок? Государственные чиновники имеют надбавку в 40 процентов, 13-ю зарплату...

    - Есть надбавки за выслугу лет, классность. Но в целом заработок судьи ниже, чем у обыкновенного юриста, работающего на предприятии.

    - Помнится, были раньше выборы народных судей.

    - В новой Конституции сказано, что судей назначает президент, а пока он своим указом пролонгировал наши полномочия до принятия Федерального Закона о выборах.

    - И еще вопрос. Ваши отношения с территориальным управлением "Пресненское"?

    - Вот сейчас идет ремонт здания суда, на укрепление фундамента деньги выделила префектура, все остальное помогает финансировать
    наше теруправление.

    - Вот мы и подошли наконец поближе к Красной Пресне.

    - Район наш особенный. Если говорить о гражданских делах, то из общего числа 2729 - 877 жилищных дел. Видите проблему?

    - И кроме того?

    - Трудовых споров - 305. Стало больше дел о защите чести и достоинства - их 108. Источник их - в основном наш бесценный "МК".

    - Но там знатоки газетного дела, броские заголовки...

    - Если бы эти "заголовки" не порождали судебных дел. Но эта газета и сама относится к суду пренебрежительно, ее сотрудники не являются на заседания по вызову.

    - А сколько было уголовных дел в 1993 году?

    - 518, из них 212 - преступления с корыстными целями, а именно, кража, хищения, разбои. Таких дел - половина, чего никогда ранее на моей памяти не было.
    И количество уголовных дел увеличилось, смотрите, только в январе их 120. Правда, это с "криминальным" Арбатом. Распоряжение мэра, о котором я говорила, добавило нам судебные дела еще двух отделений милиции (пока не увеличив числа судей, а они и так работают с большими перегрузками).

    - Скажите, много ли среди преступников немосквичей?

    - Больше половины, 60 процентов. Наши, пресненцы, судятся за тяжкие телесные повреждения, разборки, хулиганство. И убийства.

    - А дел об убийствах...

    - Восемь. Как правило, это пьяные разборки с сожителем, собутыльником.

    - Но какое дело вас особенно потрясло?

    - Первое, что я говорю начинающим судьям: ваши чувства не должны отражаться на вашем лице. Вы стена. Вы закон. А в душе... Я много думала о деле одной конторы по продаже... человеческого тела. Она располагалась у нас на Пресне. Дали объявление в газете: требуются девушки на высокооплачиваемую работу, указали телефон. И вот ломается судьба. Девушка только устроилась на работу. Труд тяжелый, а дело молодое, я понимаю, хочется одеться, посидеть в ресторане, кафе. Помните, как просто было раньше. А теперь? Вот она и звонит. За два часа с клиента берут 50 тысяч, за последующие каждый час по 25, девушке выдают всего 7-8 тысяч. В сутки несколько "вызовов".

    - Да, это, конечно, эксплуатация. Но скажут, что это обычное для нынешнего дня дело.

    - Во мне негодование вызывает именно его заурядность, типичность. То, что с этим смиряются. И эти объявления читают как обычный текст газеты.

    - А дела о разводах разве не потрясают?

    - У нас, на Красной Пресне, слава Богу, разводятся мало, в год 400 дел. Но вот недавно возбудила дело о разводе женщина. Причина? Муж пьет. И неожиданно, на суде, он заявляет: дело в том, что мы оба пьем... Я их не развела, посоветовала идти лечиться. Ради ребенка. Пьянство - трагедия не личная, а в государственном масштабе. На Пресне 65 процентов преступлений совершаются в состоянии опьянения.

    - Были ли дела о бомжах?

    - Да, их немало.

    - Появились ли преступники из тех, кто не может найти работу? Или укравшие из-за куска хлеба, с голоду?

    - Нет. Причина преступления в том, что люди не хотят работать, думают, легкий хлеб слаще, а оказываются на скамье подсудимых.

    - Скажите, много ли дел окончилось полным оправданием?

    - Два. И конечно, в каждом деле определяется степень вины, речь идет о судьбе каждого человека.

    - В нашем суде по-прежнему не хватает народных заседателей?

    - Хотя есть теперь возможность у судьи рассматривать дело единолично, многие дела откладываешь из-за отсутствия народных заседателей, что отрицательно сказывается на ведении дела. Этот вопрос могло бы разрешить само государство, использовав опыт зарубежных стран. В Англии, США, Индии, где я была, присяжные призываются в суд в порядке очередности, просто по списку избирателей. Наверное, есть и у нас в районе общий список избирателей.

    - Раньше в районе регулярно собирались все, кто имеет отношение к профилактике преступности, были координаторы, принимались решения. Есть ли сегодня что-либо подобное?

    - Это не относится к правоохранительным органам. Мы не видим необходимости координировать свои действия с другими структурами.

    - Что бы вы хотели сказать пресненцам?

    - Не знаю... Людям бы мне хотелось сказать: когда начинаются дрязги, "перетягивание одеяла", вспомните, все мы смертны. В любой ситуации то, что получено нечестно, все равно обернется плохим, не будет от этого пользы, радости. У гроба карманов нет...
    Относитесь друг к другу бережно.

    Ответить Подписаться